L'Ecume des jours

uncle_podger @ 2009-10-12T01:03:00

2009-10-11T21:05:00Z

http://vespro.livejournal.com/584989.html

uncle_podger @ 2009-10-08T18:46:00

2009-10-08T14:48:30Z

http://dok-sed.livejournal.com/242203.html

uncle_podger @ 2009-10-08T12:55:00

2009-10-08T08:57:29Z

О новом русском снобизме

uncle_podger @ 2009-08-16T15:00:00

2009-08-16T10:54:56Z

http://vladimirovich.livejournal.com/266014.html

uncle_podger @ 2009-04-18T13:53:00

2009-04-18T09:54:28Z

http://anastasiap.livejournal.com/59531.html

Присмотритесь к своим знакомым...

2009-04-13T10:03:23Z

Портрет автора на титульной странице сего творения: Giambattista della Porta. De humana physiognomonia libri IIII,1586.

Взято отсюда: Historical Anatomies on the Web

С перстеньком китайским – руку

2008-10-15T18:33:12Z

Весь он был – эманация собственной красоты.

Но так как очаг (красота) естественно – сильнее, то все в нем казалось и оказывалось недостаточным, а иногда и весь он – ее недостойным. Все-таки трагедия, когда лицо – лучшее в тебе и красота – главное в тебе, когда товар – всегда лицом, – твоим собственным лицом, являющимся одновременно и товаром. Все с него взыскивали по векселям этой красоты, режиссеры – как женщины. Все кругом ходили, просили. (Я одна подала ему на красоту.) «Но, помилуйте, господа, я никогда никому ничего такого не обещал...» Нет, родной, такое лицо уже есть – посул. Только оно обещало то, чего ты не мог сдержать. Такие обещания держат только цветы. И драгоценные камни. Драгоценные – насквозь. Цветочные – насквозь. Или уж – святые Себастианы. Нужно сказать, что носил он свою красоту робко, ангельски. (Откуда мне сие?) Но это не улучшало, это только ухудшало – дело. Единственный выход для мужчины – до своей красоты не снисходить, ее – презирать (пре-зри: гляди поверх). Но для этого нужно быть – больше, он же был – меньше, он сам так же обольщался, как все мы...

Как описать Ангела? Ангел ведь не состоит из, а сразу весь. Предстает. Предстоит. Когда говорит ангел, никакого сомнения быть не может: мы все видим – одно.

Только прибавлю: с седою прядью. Двадцать лет – и седая, чистого серебра, прядь.

И еще – с бобровым воротом шубы. Огромной шубы, потому что и рост был нечеловеческий: ангельский.

Помимо этого нечеловеческого роста, «фигуры» у него не было. Он сам был – фигура. Девятнадцатый Год его ангельству благоприятствовал: либо беспредельность шубы, либо хламида Св. Антония, то есть всегда – одежда, всегда – туманы. В этом смысле у него и лица не было: так, впадины, переливы, «и от нивы и до нивы – гонит ветер прихотливый – золотые переливы»... (серебряные). Было собирательное лицо ангела, но до того несомненное, что каждая маленькая девочка его бы, из своего сна, узнала. И – узнавала.

Но зря ангельский облик не дается, и было в нем что-то от ангела: в его голосе (этой самой внутренней из наших внутренностей, недаром по-французски organe), в его бережных жестах, в том, как, склонив голову, слушал, как, приподняв ее, склоненную, в двух ладонях, изнизу – глядел, в том, как внезапным недвижным видением в дверях – вставал, в том, как без следу – исчезал.

Его красота, ангельскость его красоты, его все-таки чему-то – учила, чему-то выучила, она диктовала ему шаг («он ступает так осторожно, точно боится раздавить какие-то маленькие невидимые существа», Аля), и жест, и интонацию. Словом (смыслом) она его научить не могла, это уже не ее разума дело, – поэтому сказать он ничего не мог (нечего было!), выказать – все.

Поэтому и обманывались: от самой простой уборщицы – до нас с Сонечкой. «Так любит, что и сказать не может...» (Так – не любил, никак не любил.) «Какая-то тайна...» Тайны не было. Никакой – кроме самотайны такой красоты.

Научить ступить красота может (и учит!), поступить – нет, выказать – может, высказать – нет. Нужному голосу, нужной интонации, нужной паузе, нужному дыханию. Нужному слову – нет. Тут уже мы вступаем в другое княжество, где князья – мы, «карлики Инфанты».

Не «было в нем что-то от Ангела», а – все в нем было от ангела, кроме слов и поступков, слова и дела. Это были – самые обыкновенные, полушкольные, полуактерские, если не лучшие его среды и возраста – то и не худшие, и ничтожные только на фоне такой красоты.

Я сказала: в каком-то смысле у него лица не было. Но и личины – не было. Было – обличие. Ангельская облицовка рядового (и нежилого) здания. Обличие, подобие (а то, что я сейчас делаю – надгробие), но все-таки лучше, что – было, чем – не было бы!

С перстеньком китайским – руку

2008-10-15T18:31:11Z

«У нас была актриса Сонечка Голлидэй. Мы сидели в кухне. Было темно. Она сказала мне:

– Знаешь, Алечка, мне Юра написал записочку: «Милая девочка Сонечка! Я очень рад, что Вы меня не любите. Я очень гадкий человек. Меня не нужно любить. Не любите меня».

А я подумала, что он это нарочно пишет, чтобы его больше любили. А не презирали. Но я ей ничего не сказала. У Сонечки Голлидэй маленькое розовое лицо и темные глаза. Она маленького роста, и у нее тонкие руки. Я все время думала о нем и думала: «Он зовет эту женщину, чтобы она его любила. Он нарочно пишет ей эти записочки. Если бы он думал, что он, правда, гадкий человек, он бы этого не писал».
[Одна из записей из тетради Ариадны Эфрон, весна 1919 г.]
Марина Цветаева. Повесть о Сонечке (1937).

Все равно, что разбить сервиз и злиться, что не железный

2008-10-15T18:27:55Z

Потому что, Марина, любовь – любовью, а справедливость – справедливостью. Он не виноват, что он мне больше не нравится. Это не вина, а беда. Не его вина, а моя беда: бездарность. Все равно, что разбить сервиз и злиться, что не железный.
Марина Цветаева. Повесть о Сонечке (1937).

Дело еще ничего не доказывает, а слово – всё

2008-10-15T18:26:53Z

Вы замечаете, Марина, как все они, даже самые целующие, даже самые как будто любящие, боятся сказать это слово, как они его никогда не говорят?! Мне один объяснял, что это... грубо... (фыркает)... отстало, что: зачем слова, когда – дела? (то есть поцелуи и так далее). А я ему – «Э-э! нет! Дело еще ничего не доказывает, а слово – всё». Мне ведь только этого от человека нужно: люблю, и больше ничего, пусть потом что угодно делают, как угодно не любят, я делам не поверю, потому что слово – было.
Марина Цветаева. Повесть о Сонечке (1937).

uncle_podger @ 2008-10-15T22:23:00

2008-10-15T18:22:19Z

– Марина, вы думаете, меня Бог простит – что я так многих целовала?

– А вы думаете – Бог считал?

– Я – тоже не считала.
Марина Цветаева. Повесть о Сонечке (1937).

uncle_podger @ 2008-10-15T22:21:00

2008-10-15T18:21:06Z

Еще одно: меня почему-то задевало, раздражало, оскорбляло, когда о ней говорили Софья Евгеньевна (точно она взрослая!), или просто Голлидэй (точно она мужчина!), или даже Соня – точно на Сонечку не могут разориться! – я в этом видела равнодушие и даже бездушие. И даже бездарность. Неужели они (они и оне) не понимают, что она – именно Сонечка, что иначе о ней – грубость, что ее нельзя – не ласкательно. Из-за того, что Павлик о ней говорил Голлидэй (начав с Инфанты!), я к нему охладела. Ибо не только Сонечку, а вообще любую женщину (которая не общественный деятель) звать за глаза по фамилии – фамильярность, злоупотребление отсутствием, снижение, обращение ее в мужчину…
Марина Цветаева. Повесть о Сонечке (1937).

Еще о словах

2008-10-15T18:19:07Z

– Все у нас говорят: революция... революция... А я не знаю... Только какие-то слова – странные: карточка широкого потребления, точно корабль дальнего плавания, сразу вижу во-оду, и ничего кроме воды... Да ничего кроме воды по ней и нет... А – например: закрытый распределитель? Это совсем глухой старик, наглухо запертый, я ему: «Дедушка!» а он: «Ась?» «Распредели, пожалуйста!» а он: « Э-эх!» и так – часами... А еще жагра – слово: точно чума, мор, цинга, а это всего-навсего – морковный чай.
Марина Цветаева. Повесть о Сонечке (1937).

Олдос Хаксли. Двери восприятия

2008-09-21T10:52:25Z

Мы живем вместе, мы совершаем поступки и реагируем друг на друга; но всегда и во всех обстоятельствах мы – сами по себе. На арену мученики выходят рука об руку; распинают же их поодиночке. Обнявшись, влюбленные отчаянно пытаются сплавить свои изолированные экстазы в единую самотрансценденцию; тщетно. По самой своей природе, каждый воплощенный дух обречен страдать и наслаждаться в одиночестве.

Ощущения, чувства, прозрения, капризы – все они личны и никак не передаваемы, если не считать посредства символов и вторых рук. Мы можем собирать информацию об опыте, но никогда не сам опыт. От семьи до нации, каждая группа людей – это общество островных вселенных.

Большинство островных вселенных достаточно похожи одна на другую, чтобы позволить сконструировать понимание или даже взаимную эмпатию, или «вчувствование». Таким образом, вспоминая собственные горести и унижения, мы можем сочувствовать другим, попадающим в аналогичные ситуации, можем ставить себя на их место (всегда, разумеется, в несколько пиквикианском смысле). Но в определенных случаях коммуникация между вселенными не полна, или ее не существует вовсе. Разум находится на своем месте, а места, населяемые безумными или исключительно одаренными, настолько отличаются от тех мест, где живут обыкновенные мужчины и женщины, что есть лишь очень немного или же нет совершенно никакой общей памяти, которая могла бы служить основой для понимания или дружественного чувства. Слова произносятся, но не могут просветлить. Вещи и события, к которым относятся символы, принадлежат ко взаимоисключаемым царствам опыта.

Видеть себя так, как другие видят нас, – самый благотворный дар. Едва ли менее важна способность видеть других так, как они сами себя видят. Но что если эти другие принадлежат к иному виду и населяют коренным образом чуждую вселенную?

Человек человеку бревно

2008-09-21T10:40:02Z

Так, что ли?

Или тут и зверь ни при чем, и все проклятие вовсе не в том, что человек человеку зверь да еще и бешеный, а в том, что человек человеку бревно. И сколько ни молись ему, не услышит, сколько ни кличь, не отзовется, лоб себе простукаешь, лбом перед ним стучавши, не пошевельнется: как поставили, так и будет стоять, пока не свалится либо ты не свалишься.

Так, что ли?

Так, в этом роде что-то промелькнуло тогда у Маракулина, и в первый раз отчетливо подумалось и ясно сказалось:

человек человеку бревно.

Ткнулся туда, постучался сюда, – все закрыто, все заперто: не принимают. А и примут – говорить не хотят, не дают слова сказать.

Потом перед носом двери захлопывать стали: и – некогда! и отстань, пожалуйста! и – не до тебя совсем! и – других дел по горло! и – чего раньше глядел! и – на себя пеняй! и опять – некогда! и – отстань, пожалуйста!

А.М. Ремизов. Крестовые сестры (1910, 1922)

uncle_podger @ 2008-09-09T21:54:00

2008-09-09T17:50:59Z

Они же пловуще по реце в судех. Некто же бе человек у блаженныя княгини Февронии в судне, его же и жена в том же судне бысть. Тои же человек, приим помысл от лукаваго беса, възрев на святую с помыслом. Она же, разумев злыи помысл его, вскоре обличи и. Рече ему: "Почерпи убо воды из реки сиа с сю страну судна сего". Он же почерпе. И повеле ему паки испити. Он же пит. Рече же паки она: "Почерпи убо воды з другую страну судна сего". Он же почерпе. И повеле ему паки испити. Он же пие. Она же рече: "Равна ли убо си вода есть, или едина слажеши?" Он же рече: "Едина есть, госпоже, вода". Паки же она рече сице: "И едино естество женьское есть. Почто убо, свою жену оставя, чюжиа мыслиши!". Тои же человек, уведе, яко в неи есть прозрениа дар, бояся к кому таковая помышляти.

Повесть о Петре и Февронии Муромских.

uncle_podger @ 2008-09-09T21:13:00

2008-09-09T17:44:21Z

Этот Бог был сотворен из одной-единственной идеи (иных желаний и мыслей у Него не было): Он запрещал внебрачные любовные связи. Это был, пожалуй, довольно забавный Бог, но стоит ли нам смеяться над Алицей? Из десяти заповедей, переданных Моисеем людям, девять в ее душе не подвергались никакому сомнению, ибо Алица отнюдь не испытывала охоты убивать или не почитать отца своего или желать жену ближнего своего; и лишь одну-единственную заповедь она ощущала не как нечто самоочевидное, а как некую реальную задачу, требующую усилий; это была знаменитая седьмая заповедь: не прелюбодействуй. И если ей мечталось как-то претворить в жизнь свою веру, доказать и проявить ее, то она должна была устремить все свое внимание именно на эту единственную заповедь, сотворив тем самым из Бога туманного, расплывчатого и абстрактного Бога совершенно определенного, понятного и конкретного: Бога Непрелюбодейства.

Но кто может сказать, где начинается прелюбодейство? Каждая жещина определяет эту границу сообразно собственным загадочным критериям.
Милан Кундера. Эдуард и Бог (из сб. "Смешные любови").

uncle_podger @ 2008-09-09T16:13:00

2008-09-09T12:08:40Z

Когда веришь во что-то безусловно, в конце концов доводишь свою веру ad absurdum. Подлинный приверженец какой-нибудь политики никогда не принимает всерьез ее софизмов, а относится серьезно лишь к скрывающимся за ними практическим целям. Политические штампы и софизмы существуют не для того, чтобы в них верили; они скорее призваны служить некой общей и заранее оговоренной уверткой; безумцы, воспринимающие их всерьез, раньше или позже обнаруживают в них противоречия, начинают взбрыкивать и позорно кончают еретиками или отступниками. Нет, излишняя вера никогда не приносит ничего.
Милан Кундера. Золотое яблоко вечного желания (из сб. "Смешные любови").

Правда и ложь

2008-09-09T12:05:20Z

– Вот что скажу тебе, Клара, – ответил я. – Ты думаешь, что ложь – всего лишь ложь, не более того, и кому-то могло бы показаться, что ты права. Но ты не права. Я могу выдумывать черт знает что, дурачить людей, устраивать всякие розыгрыши, озорничать, но при этом не чувствовать себя лгуном или человеком с нечистой совестью; мои враки, если тебе угодно так называть их, — это я сам, в них мое естество, такой ложью я не прикрываюсь, выдавая себя за кого-то другого, такой ложью я, собственно, говорю правду. Но есть вещи, не терпящие лжи. Это те вещи, до сути которых я дошел, смысл которых я распознал, вещи, которые я люблю и воспринимаю всерьез. Тут не до шуток. Солги я здесь, я унизил бы себя сам, а это свыше моих сил, не требуй от меня этого, это исключено.
Милан Кундера. Никто не станет смеяться (из сб. "Смешные любови").

Like a cold black night

2008-07-23T00:13:32Z

Every dream that I dream
Seems to float on by
Like a cloud in the wind
Way up in the sky
Every move that I make
Seems to be the wrong way
Like a cold black night
After a summer day

Let's Live For Today

2008-06-27T12:58:35Z

«Let's Live For Today» The Grass Roots – первый настоящий хит этой группы, ставший одним из гимнов лета любви 1967 года в Америке.

The Grass Roots – Let's Live For Today

Однако годом раньше эта песня уже пользовалась дикой популярностью на далеком Апеннинском полуострове. Называлась она Piangi Con Me и исполнялась британской (!) группой The Rokes, в 1963 г. переехавшей в Италию (выпущена была вместе с синглом Che Colpa Abbiamo Noi).

The Rokes – Piangi Con Me

В 1967 г. The Rokes выпустили эту песню уже на английском языке.

The Rokes – Let's Live For Today (запись низкого качества)

uncle_podger @ 2008-06-25T23:02:00

2008-06-25T19:04:38Z

Всегда приятно говорить о себе; всегда хочется кому-нибудь рассказать, что нас занимает, но много ли у нас таких людей, которые бы заменили нам этих вторых нас самих? Конечно, многие, утратив одного, найдут другого; но для меня такого другого – нет. Ты скажешь, что это от излишнего самолюбия, боязни себя унизить, показаться смешным, от неуверенности, как на тебя взглянут, – согласен; пусть это самолюбие, пусть эта подозрительность и недоверчивость и происходят от довольно мелких причин, но от этого мне не легче, et le fait est toujours le meme.
Из письма А.Н. Майкова Ю.Д. Ефремовой. 30 сентября 1847 г.

uncle_podger @ 2008-06-23T18:16:00

2008-06-23T14:18:28Z

Амьен. Здесь почти столько же англичан, что и в Булони, повсюду в огромных авто разъезжают светские дамы: навещают больных и руководят госпиталями. Об одной такой даме мне рассказали занятную историю. С передовой прибыл санитарный поезд, набитый ранеными, которых временно разместили в госпитале на вокзале. Одна дама взялась раздавать им горячий суп. Вскоре она подошла к солдату, у которого были пробиты пищевод и легкие; она уже собралась было угостить его супом, но ее остановил главный врач, пояснив, что раненый насмерть захлебнется. «О чем вы говорите?! – возразила она. – Ему обязательно надо поесть супу. Никакого вреда ему от супа не будет». «Я работаю уже много лет, – сказал в ответ врач, – участвовал в трех кампаниях и по опыту знаю, что если дать этому человеку суп, он умрет». Дама потеряла терпение. «Какая ерунда!» – воскликнула она. «Тогда кормите его на свой страх и риск», – отрезал врач. Она поднесла чашку с супом ко рту раненого, тот попытался сделать глоток и тут же умер. Дама в ярости набросилась на врача: «Вы убили человека!» «Извините, – возразил врач, – но убили его вы. Я же вас предупреждал».
Сомерсет Моэм. Записные книжки.

Жилой дом на Смоленской площади, или о цинизме

2008-05-29T10:29:06Z

Выдержки из: Г. Ощепков. Мастерство зодчего // «Архитектура СССР». №1. 1951. – С. 25 – 27.

На Смоленской площади в Москве заканчивается строительство многоэтажного жилого дома по проекту академика архитектуры И. В. Жолтовского.
[...]
Архитектурно-художественный образ здания построен на жизнерадостных мотивах. Как в общей композиций дома, так и в трактовке отдельных архитектурных фрагментов и деталей автор стремился создать художественными средствами настроение расцвета, весеннего цветения, отобразить могучий расцвет великого советского государства. Поэтому все формы нового жилого дома сделаны очень полнокровными. Сочетание белого цвета верхних частей дома с золотистой штукатуркой нижних этажей создает приятную светлую гамму фасада.
Выдающийся зодчий плодотворно работает над созданием современного образа жилого дома, отвечающего высоким культурным и эстетическим запросам советских людей. В своих творческих исканиях он всегда стремится к строгости и простоте архитектурного решения, к красоте и благородству пропорций.
[...]
Старейший зодчий, вдохновленный сталинской идеей заботы о советских людях, добивался создания максимальных удобств в проектируемом доме; все помещения отвечают высоким требованиям, предъявляемым к советскому жилому дому.
[...]
В красиво отделанном вестибюле предусмотрено место для дивана и стола с телефоном, устроен камин. Таким образом, вестибюль может быть частично использован как приемная-передняя. При вестибюле находится отдельное помещение для хранения велосипедов и детских кэлясок, а в подвале дома предусмотрена стоянка легковых автомашин. Въезд машин в подвал осуществляется через специальный пандус, устроенный на территории двора. Все это создает большие дополнительные удобства для проживающих в доме.
[...]
В доме запроектировано 196 квартир, в том числе 133 – двухкомнатных, 56 трехкомнатных и 7 – четырехкомнатных.
Для наиболее массовой в доме, двухкомнатной, квартиры характерно очень удобное устройство кухни-столовой. Все кухонное оборудование размещено в глубине кухни, а светлое пространство около окна отведено для столовой, которая посредством широкого проема связана с главной жилой комнатой. Собственно кухня отделена от столовой остекленной перегородкой с дверью,по бокам которой устроены вместительные встроенные шкафы для посуды.
Благодаря такому приему значительная часть площади кухни превращается из подсобной – в полноценную жилую.
Интересно решена в двухкомнатных квартирах планировка прихожих и гостиной. При входе в квартиру устроена небольшая прихожая, из которой можно пройти в уже более просторную прихожую, сообщающуюся с главной комнатой квартиры – гостиной, а также с кухней. Между прихожей и гостиной расположена раздвижная перегородка, которая позволяет трансформировать эти помещения. Подобное устройство создает большие дополнительные удобства: при желании можно раскрыть остекленную перегородку, объединить гостиную с прихожей и тем самым увеличить площадь гостиной.
[...]
С большой любовью и вниманием решал зодчий каждый элемент квартир, стремясь создать. максимальные удобства для проживающих.
[...]
Особенно красивы тонко прорисованные орнаментальные украшения дверей, перегородок и встроенных стенных шкафов.
[...]
Жилой дом на Смоленской площади в Москве представляет собой ценный вклад в дело прогрессивного развития советской архитектуры. Это сооружение, выполненное на высоком уровне архитектурного мастерства, ярко отображает великую сталинскую заботу о благосостоянии советских людей.

PS. Жилой дом на Смоленской площади был построен по заказу Министерства Госбезопасности СССР.

uncle_podger @ 2008-03-29T20:36:00

2008-03-29T17:48:23Z

Но патриархи и не стремились сделать из Владыкина доходного имения. Главным предназначением села было размещение в нем официальной загородной резиденции. Документы Патриаршего приказа зафиксировали довольно любопытные детали их пребывания здесь. Так, 21 сентября 1697 г. для «похода святейшего патриарха Адриана в село Владыкино» были отпущены следующие припасы: полтора ведра вина «ренского», два ведра церковного, три ведра меду вишневого, ведро малинового, два ведра светлого, шесть ведер меда легкого, десяти ведер меда «выкислового», семь ведер меда черничного, двадцать ведер меда «братского», пять ведер пива «мартовского», три ведра пива «приварного». Лично для патриарха был приготовлен «мешочек пивца легкого» («бражки тож», уточняет документ), мешочек кислых щей, два ведра браги. Но этим перечень припасов не ограничивался. Источник упоминает, что в расход пошли еще три бочки пива «простого астраханского», каждая по 18 ведер, и в качестве редкости – 10 лимонов. Очевидно, это были припасы, находившиеся в самом Владыкине. Через четыре дня после сделанных распоряжений патриарх в субботу 25 сентября прибыл в свое село и «по именному его приказу поены на погребе подъдьякопы и певчие походные и дворяне пивом и медом, стремянные и стряпчие конюхи поены ж пивом и медом, крестьяне, которые были с обиходами, поены же».
(История московских райнов: энциклопедия / под ред. К.А. Аверьянова. М. 2006. - С. 423 - 424).
Ведро - это около 12 л.
Т.е. в патриаршую резиденцию завезли тогда примерно 1000 л алкоголя.